Раби Йеуда бар Моше Петая

News image

Раби Йеуда бар Моше Петая (5619—5702 /1859—1942/ гг.) — выдающийся ка...

Раби Элазар бен Азария

News image

Раби Элазар бен Азария — один из выдающихся мудрецов ешивы в ...

Мудрецы Израиля. Зугот (пары)

News image

Власть Великого Собрания унаследовал Санхедрин (Синедрион) — совет, состоящий из 71-го ст...



Рабби Шнеур-Залман из Ляд

рабби шнеур-залман из ляд

Историк Шмуэль-Аба (Самуил) Городецкий (1871, Малин, Киевская губерния – 1957, Тель-Авив) был потомком раввинов и хасидских цадиков. В трехлетнем возрасте он лишился отца и воспитывался у деда-хасида в Чернобыле, в строго традиционном духе, изучая Талмуд и каббалу. В юношеском возрасте прочел многотомное исследование Устной Торы Айзика-Гирша Вайса (1815– 1905) «Еврейские поколения и их законоучители» («Дор дор ве-доршав»), представлявшее собой диахронический анализ иудаизма с учетом исторической ситуации, и начал активно интересоваться трудами ученых-маскилов. В 1892 году Городецкий переехал к дяде в Бердичев и вошел в его торговое предприятие. Тогда же он начал переписку с раввинами и еврейскими интеллектуалами Запада и России, намереваясь посвятить себя изучению еврейской духовности с целью написать собственное исследование. После недолгого пребывания на альпийских курортах он начал издавать в Бердичеве первый в Восточной Европе ивритский журнал, посвященный вопросам иудаизма, «А-Горен» (т. е. «Гумно»; вышло 10 номеров, 1897–1928). В этом журнале он и сам печатал статьи о раввинах, об их жизни и мировоззрении, о хасидизме.

После погромов 1905–1906 годов Городецкий покинул Россию. В 1907 году он был послан делегатом от Бердичева на Восьмой Сионистский конгресс в Гаагу, но по пути заболел и остался в Берлине. В 1908-м уехал в Швейцарию, в Бернский университет, по окончании которого в 1912 году вернулся в Германию. В годы первой мировой войны вынужден был покинуть страну и в 1915– 1939 годах жил в Швейцарии. Затем поселился в Тель-Авиве.

Главным трудом Городецкого считается четырехтомное собрание монографий о важнейших деятелях хасидизма и их учениях (впервые вышло на иврите в 1923 году). В отличие от многих рационалистов, Ш.-А. Городецкий подходит к хасидизму и его ключевым фигурам с глубоким уважением, видит несомненную преемственность хасидизма по отношению к раввинизму. В то же время он отмечает дерзновенные поиски нового подхода к еврейской идеологии и практике, черпающего из глубин еврейской мистики, а также ярко живописует характеры и социальную роль цадиков.

Публикации Городецкого на русском языке впервые появились в начале XX века в русско-еврейском журнале «Еврейская старина» (1909, 1913, 1914). «Лехаим» в рубрике «Открытый доступ» неоднократно осуществлял републикацию очерков Городецкого (см.: 2004, № 2–5; 2005, № 2, 3; 2006, № 8; 2007, № 1–5).

Р. Шнеур-Залман бен р. Барух, основатель движения Хабад, родился в 5707 году от сотворения мира (1745 год) в местечке Лиозно Оршанского уезда.

С ранних лет он прославился как «илуй», а когда мальчику исполнилось двенадцать, его учитель Талмуда, знаменитый в то время р. Исcахар-Бер из Любавичей, признал: «Лучше считать его моим другом и товарищем по учебе, нежели учеником». С тех пор, изучая Талмуд и комментарии к нему, р. Шнеур-Залман больше не нуждался в помощи наставников, а в его родном городке и окрестностях прошел слух о восходящем великом таланте. По достижении им 13 лет в общинной книге Лиозно была сделана запись: «Поразительной мудрости ученый, юный учитель рабби Шнеур-Залман».

В пятнадцать лет р. Шнеур-Залман женился на девушке из состоятельной еврейской семьи города Витебска. В тот период, находясь, как было принято, на иждивении тестя, он целиком погрузился в талмудические изыскания и к восемнадцати годам «…полностью проштудировал весь Талмуд с основными комментариями». Уже тогда он слыл глубоким знатоком древних и новых комментариев, а также уделял время изучению каббалы.

В те дни в Восточной Европе гремела слава двух духовных центров еврейства, но, будучи во всем различными меж собою, они пребывали в беспрестанном раздоре. Раввинизм имел своим центром Вильну, и во главе его стоял р. Элияу. Бештовский хасидизм группировался вокруг Межерича, и во главе его стоял занявший место Бешта р. Дов-Бер, Магид из Межерича. Влияние виленского раввинизма особенно сильно ощущалось в Литве, тогда как украинские и польские евреи по большей части попали под влияние бештовского хасидизма. Постепенно хасидизм начал распространяться и в Литве, в основном усилиями ученика Магида из Межерича, р. Аарона из Карлина, обосновавшегося поблизости к литовской границе. Он тайно создавал небольшие хасидские кружки, и именно от него тянулись ниточки к хасидам Литвы и Белоруссии. Два восторженных ученика Магида р. Исраэль и р. Азриэль из Полоцка ездили «из города в город, из деревни в деревню, и всюду, где находили подходящих людей, уговаривали их начать служить Г-споду от всего сердца и поехать в Межерич». Прославленные раввины, известные своими великими знаниями, сами ехали в Межерич. Так р. Менахем-Мендл из Витебска дважды навещал Бешта, а потом всецело примкнул к Магиду. Другой известный раввин, Авраам из Калиска, в юности учился у Виленского гаона, но потом оставил учителя и тоже примкнул к кружку Магида.

В тот период хасидское учение еще не было записано, наставления Бешта передавались из уст в уста, и именно так, в устной форме они достигли молодого р. Шнеура-Залмана. Два желания боролись в нем: стремление к Талмуду влекло в Вильну, в дом учения Виленского гаона, но каббалист, таившийся в душе юного мудреца, звал его в Межерич. Каббалист победил, и р. Шнеур-Залман оставил жену и против воли тестя направился в Межерич.

О первом путешествии р. Шнеура-Залмана в Межерич рассказывают множество легенд. В одной из них говорится, что тесть не дал ему денег на дорогу, и все, чем располагал р. Шнеур-Залман, это шесть рублей, взятых взаймы у брата Мордехая. Когда деньги кончились, ему пришлось продолжить путешествие пешком, а иногда зарабатывать поденщиной. Он рубил дрова, носил воду и после множества приключений прибыл наконец в Межерич. К тому времени вокруг Магида уже собрались самые известные ученики, среди которых были р. Шмелке – глава раввинского суда в Никольсбурге, его брат р. Пинхас – глава раввинского суда во Франкфурте-на-Майне, р. Исраэль из Козениц, р. Зеэв из Житомира, р. Яаков-Ицхак из Люблина, р. Яаков-Йосеф из Острога, р. Нахум из Чернобыля, р. Яаков-Шимшон из Шепетовки, р. Зуся из Аннополя и его брат, р. Элимелех из Лизенска, р. Шломо из Луцка, р. Леви-Ицхак из Бердичева, р. Файвуш из Зборова. Вместе с упомянутыми выше раввинами Белоруссии собралось тридцать девять прославившихся учеников, это если не считать прочих, общей численностью около трехсот. Р. Шнеур-Залман прибыл последним и оказался младшим в собрании. Однако очень быстро авторитет этого литвака был признан всей общиной, особенно другими литваками в ней.

Межеричский Магид быстро заметил в р. Шнеуре-Залмане редкое сочетание талмудической учености с глубокими познаниями в тайном учении, и вскоре р. Шнеур-Залман начал учиться вместе с сыном Магида – р. Авраамом, впоследствии прозванным р. Авраам Малах («Ангел»). Три часа в день р. Шнеур-Залман постигал с р. Авраамом глубины Талмуда, а еще три часа р. Авраам изучал с р. Шнеуром-Залманом каббалу. Р. Авраам и Талмуд понимал каббалистическим образом, комментируя талмудические законы и истории в духе мистицизма. Когда р. Шнеур-Залман как-то пожаловался на это Магиду, тот ответил: «Оставь моего сына в покое. Учи с ним по своему пониманию явную часть Талмуда, а он пусть толкует по своему пониманию. Ты покажешь ему внешнее одеяние Талмуда, а он тебе – его внутреннюю суть».

Пять лет с короткими перерывами, до самой смерти учителя, последовавшей в декабре 1772 года, р. Шнеур-Залман оставался с ним, непрерывно углубляясь в явную и тайную часть учения. Когда в конце жизни Магид переехал в Ровно, р. Шнеур-Залман последовал за ним и там принял участие в совещании по поводу херема («анафема»), провозглашенного Виленским гаоном против хасидизма и хасидов (апрель 1772 года). На том совещании он был одним из основных выступавших.

Магид высоко ценил острый ум ученика и из всех питомцев именно его выбрал для подготовки новой редакции кодекса «Шульхан арух» с целью: «изложить все законы “Шульхан аруха” ясным языком, привести их в соответствие с мнением авторитетов позднего времени, чтобы им смогли пользоваться те, кто из-за забот о пропитании не может посвятить время изучению Талмуда в поисках источников закона, а также великие знатоки, которым сложно принять однозначное решение с учетом всех противоречивых мнений». В 1778 году, когда р. Шнеуру-Залману было только двадцать три года, он уже завершил изучение законов о цицит и о празднике Песах. В это самое время братья Шмелке и Пинхас Горовцы прибыли к своему учителю, чтобы получить его благословение перед поездкой в Германию и Моравию. Р. Шнеур-Залман показал им отрывки своего будущего труда, и те благословили его «найти силы для завершения работы». За два года рабби окончил первую часть, а затем и остальные, которые впоследствии были изданы в разных типографиях.

«Шульхан арух», написанный р. Шнеуром-Залманом, получил название «Шульхан арух а-Рав» и произвел большое впечатление на современников. Р. Ицхак-Айзик из Витебска в рекомендации на книгу писал: «Многие скитаются в поисках слова Всевышнего, а вот перед нами ясный закон, где внятно указано каждое правило поведения и его смысл».

Рассказывают, что р. Авраам Данциг написал книгу «Хайей Адам» (Вильна, 1810), где собрал законы первого тома «Шульхан аруха» и привел их в соответствие с мнениями авторитетов нового времени с единственной целью ослабить влияние «Шульхан арух а-Рав», чтобы у миснагедов была собственная версия «Шульхан аруха» и не было бы нужды пользоваться произведением, вышедшим из-под руки преданных анафеме хасидов.

После смерти Магида р. Шнеур-Залман поселился на родине, в Лиозно, и оказался под началом р. Мендла из Витебска, проживавшего в то время в городке. Р. Мендл возглавил хасидов Белоруссии, а р. Шнеур-Залман стал его правой рукой. Они даже вместе отправились в Вильну, чтобы побеседовать с Виленским гаоном, но тот отказался их принять.

В 1777 году р. Мендл из Витебска вместе с р. Авраамом из Калиска, р. Исраэлем из Полоцка в сопровождении трехсот хасидов отправились в Страну Израиля. Р. Шнеур-Залман присоединился было к ним, но р. Мендл уговорил его остаться, чтобы не бросать белорусских хасидов на произвол судьбы. Расстались они в Могилеве, где р. Шнеур-Залман провел почти полтора года, после чего снова вернулся домой, в Лиозно.

Поначалу р. Шнеур-Залман отказывался возглавить белорусскую общину, и р. Менахему-Мендлу и р. Аврааму пришлось долго уговаривать его занять эту должность. В одном из писем из Святой земли р. Менахем-Мендл увещевал его такими словами: «Почему ты отказываешься показывать людям дорогу к Всевышнему? Кто, как не ты, во всем том краю способен на это <…> В твоих силах спасти весь Израиль, научить их нести бремя Торы и заповедей» (написано в 1786 году). А р. Авраам из Калиска писал в ответ на одно из посланий р. Шнеура-Залмана, что рад получению письма, «но не его содержанию – отказу открыть совершенным Израиля путь к Всевышнему <…> Ибо ты должен во всякий день поддерживать и укреплять народ вплоть до грядущего Освобождения». Р. Менахем-Мендл и р. Авраам в многочисленных посланиях убеждали белорусских хасидов идти к р. Шнеуру-Залману, слушать исходящее из его уст учение, признать его своим учителем и наставником. В 1788 году р. Менахем-Мендл писал белорусским хасидам: «Возлюбленные наши братья, мы не просим от вас ничего, кроме любви к любезному другу нашему, истинному товарищу, чья душа связана с нашей душой, рабби Шнеуру-Залману, да светит его свеча. Он выше всех братьев, и все должны почитать его, ибо сколько трудов он положил, сколько дорог истоптал, сколько скитался ради того, чтоб истинно внять словам Б-га Живого. И мы уговорили его стать учителем в тех краях, чтобы не осталась паства Г-сподня без пастыря…»

Так р. Шнеур-Залман стал единым главой белорусских хасидов. «К нему стоят очереди с утра и до вечера, – писал р. Авраам из Калиска, – все скорбные духом, все удрученные». В другом письме он пишет: «Рабби Шнеур-Залман с иными сближается, с иными уединяется, чтобы разобраться и дать достойный совет, ибо это лучший метод привлечь к нам новых людей».

По мере роста авторитета р. Шнеура-Залмана в Белоруссии усиливалась и вражда к нему. Миснагеды полагали, что отъезд р. Менахема-Мендла с группой хасидов в Святую землю ослабит хасидское влияние. А на деле он оставил вместо себя молодого, энергичного человека, известного своими познаниями в Торе, в явной ее части и в тайной, и этот эмиссар разъезжает по всему краю, привлекая новых единомышленников, и рассылает послания. Однажды он написал: «Не надейтесь, что я смогу объяснить вам все в письме. Это слишком тяжелая работа, и выполнить ее никак не возможно. Но если хотите, снарядите ко мне какого-нибудь человека, я поговорю с ним с глазу на глаз, и, с Б-жьей помощью, мне удастся ему кое-что объяснить».

Все это вызвало новую вспышку гнева миснагедов, и в 1784 году главы их общин собрались в Могилеве, куда пригласили на суд также р. Шнеура-Залмана, угрожая, что, если он не явится по доброй воле, его заставят силой. В письме, объясняющем свой отказ, р. Шнеур-Залман среди прочего писал: «Отпустите душу мою и народ мой, ибо продали меня и народ мой. И спасемся мы не денежным выкупом, но милосердием и мольбами, которые мы излагаем перед вами со всем почтением, и просим, чтобы не изгоняли нас из пределов народа Израиля, и не притесняли всяческими притеснениями, как по ошибке вышло у некоторых мудрецов Шклова. Разве можно осуждать на смерть столько народу, исторгнуть из общины Израиля, утверждать, что мы смеемся над словами наших благословенной памяти мудрецов! Это – ложь, что очевидно всем, кто нас знает. Мы – верующие, дети верующих! Одна у нас Тора и один закон!» В завершение письма было написано: «Земля! Не скрывай нашей крови, пусть наш плач не найдет покоя, пока не предстанет перед Всевышним, Который узрит с небес и наполнит милосердием сердца наших братьев, и снизойдут к нам и нашим детям, дабы сохранить нам жизнь и оставить нас на этой земле до века!»

После отъезда группы р. Менахема-Мендла в Святую землю трое – р. Шнеур-Залман, р. Иссахар-Бер из Любавичей и р. Исраэль из Полоцка – возглавили сбор денег в пользу хасидов, проживавших в Стране Израиля. Последний, правда, выехал вместе с р. Менахемом-Мендлом, но по прошествии года вернулся, исключительно ради сбора средств в пользу еврейской религиозной колонии на Святой земле. После кончины р. Иссахара-Бера и р. Исраэля ответственность за сбор пожертвований целиком легла на плечи р. Шнеура-Залмана, и здесь он приложил все усилия ради исполнения поставленной задачи. Он призывал хасидов: «Пусть древняя любовь к Святой земле горит неугасимым пламенем! <…> Пусть народ вносит пожертвования и всякий год собирает установленную сумму для евреев Святой земли (да отстроится!). Пусть как роса прольются мои слова, как дождь изольются, только б укрепить руки тех, кто ослаб, чтобы давали монеты, монеты для Святой земли – каждую неделю или хотя бы каждый месяц, чтобы к концу года собрать нужную сумму». В открытом воззвании он пишет: «Братья, <…> все до последнего отдаст человек за спасение жизни, так пусть не осиротеют наши соплеменники в чужой стороне <…> каждый грош, каждая монета, собранные здесь, складываются там в большой взнос на поддержание жизни людей, преследуемых голодом, лишенных пищи и одежды. Только к Г-споду могут они обратить свой взор, да еще к нам, надеясь, что мы поступим так же, как поступили наши предки по отношению к вернувшимся из изгнания во времена, описанные в книге Эзры».

Тем временем нападки на хасидизм поутихли, и р. Шнеур-Залман смог проповедовать свое учение в широких массах, обращаясь в основном к евреям Белоруссии. В 1796 году типография в Славуте выпустила в свет его книгу «Ликутей амарим», более известную по ее первому слову как «Тания». Имя автора на титульном листе указано не было, но всякий, знакомый с его проповедями и посланиями к хасидам, знал, кто написал эту книгу. В первом издании «Тания» содержала две части: «Сефер Бейнони» и «Шаар ихуд ве-эмуна», известную также как «Малый Хинух». В 1805 году, при переиздании в Шклове, к ним была добавлена третья часть – «Послание о раскаянии». В издании 1814 года, вышедшем уже после смерти автора, была добавлена четвертая часть – «Священное послание», содержащая отрывки из писем р. Шнеура-Залмана, которые тот в разные времена посылал хасидским общинам. То был первый труд, в котором последовательно излагалось хасидское учение. В предшествующих хасидских книгах мы не находим глубины и завершенности, свойственных этому труду. В «Тании» р. Шнеур-Залман не столько излагает учение Бешта или Магида из Межерича – их имена он почти не упоминает, – сколько развивает лурианскую каббалу: «Я намеревался объяснить слова Бешта и его учеников в соответствии с каббалой р. Ицхака Лурии», – писал сам р. Шнеур-Залман. А его старейший ученик, р. Аарон а-Леви из Староселья, писал: «Мне доподлинно известно! Я собственными глазами видел свет, озарявший его, когда он создавал свой священный труд (“Танию”), когда с высоты своих познаний и мудрости отбирал святые мысли из книг “Эц Хаим” и “При Эц Хаим” и на основе их содержания писал свою книгу». В глазах р. Шнеура-Залмана еврейские мистики р. Ицхак Лурия и р. Шимон бен Йохай были величайшими мыслителями народа Израиля, которые по уровню постижения мира стояли сразу после Моше и библейских пророков. Р. Ицхак Лурия «понял величайшие истины, те, что его предшественники, мудрецы прежних поколений постичь не смогли». Все учение р. Шнеура-Залмана, названное Хабад, – это учение р. Ицхака Лурия. Само название Хабад является аббревиатурой трех высших сфирот лурианской каббалы: хохма, бина, даат: «Источник всех качеств находится в Хабад, – говорит р. Шнеур-Залман. – Хохма – источник разума, постигающего Всевышнего, Его мудрость, величие и атрибуты, которыми Он управляет всеми мирами – высшими и низшими – и дарует им жизнь. Бина – это дальнейшее углубление и понимание постигнутого, умение делать логические выводы, порождающее любовь, трепет и остальные состояния индивида, вызываемые к жизни Б-жественной душой, постигающей и познающей величие Творца. И в них во всех должно наличествовать познание (даат), а именно – связь между конкретным постижением душой некого аспекта величия Всевышнего, из которого порождается данное состояние личности. <…> Основа личности – это интеллект». И далее: «В мудрости (хохма) до некоторой степени пребывает Безграничный»; «Познание (даат) питает и наполняет веру, чтобы вера была совершенной и сильной».

Хабад – сугубо интеллектуальное течение в хасидизме. Его родоначальник р. Шнеур-Залман еще до того, как стал приверженцем бештовского хасидизма, прославился глубиной и обширностью познаний в талмудической литературе, и всю свою изощренность в знании и понимании Талмуда он привнес в учение Хабада. Само учение не содержит в себе ничего нововведенного. В предисловии к книге «Тания» р. Шнеур-Залман пишет: это – «отрывки, собранные из святых книг и у возвышенных авторов». Он занимается этими «отрывками», давая им изысканное истолкование, изложенное прекрасным стилем и отмеченное глубоким проникновением в главные вопросы религиозной мысли, такие, как: Б-г и реальность, душа и человек. С его точки зрения, эти вопросы остаются загадкой, ожидающей своего решения, и он приступает к их анализу, пользуясь средствами каббалы, в частности лурианской каббалы, тогда как польский и украинский хасидизм не видит никакой нужды заниматься этими вопросами, полагая, что полное их решение уже найдено в «простой вере» – вере, которая истекает из сердца и опирается на эмоции.

Р. Менахем-Мендл из Витебска возмущался, когда хасиды шли к нему с житейскими нуждами. Когда один из них обратился с просьбой «о детях», цадик сокрушенно ответил: «Стыдитесь! Разве я вместо Б-га?! Мы можем помочь народу Израиля утешающей душу Торой Г-сподней, но не помощью телесной». Точно так же и р. Шнеур-Залман увещевает своих хасидов не обращаться к нему с вопросами материального свойства: «Возлюбленные братья и друзья мои! Давайте посмотрим и убедимся, давайте вспомним прошлое, обдумаем, что происходило в прошлых поколениях! Бывало ли такое?! Где, в какой книге мудрецов прошлого или настоящего вы нашли обычай обращаться к наставнику с вопросами о материальном мире? Спрашивать, как следует поступать в сугубо повседневных делах?!»

В хасидиском направлении Хабад цадик имеет единственную функцию учителя и наставника своих хасидов. Он – только промежуточное звено, с помощью которого они достигают главного – познают учение Хабада. В отличие от украинского хасидизма, где цадик занимает первейшее место, стоит выше всего и в состоянии содеять все, как на Небесах, так и на земле, в Хабаде главное – это учение, а не цадик.

Хабад всячески превозносит народ Израиля, а также Страну Израиля: «Г-сподь в мудрости Своей основал землю… Иными словами, основал высшую Страну, и здесь проявляется смысл слов Писания “Он наполняет все миры”. Напротив нее Он основал в дольних Страну, называемую Страной жизни. Она проистекает и является продолжением света Высшей мудрости, источника Высшей жизни. Из года в год этот свет возобновляется в самом буквальном смысле. Всякий год сияет обновленный свет Высшей мудрости, который еще ни разу не освещал Высшую страну, и не светил обитающим в ней, и все высшие и низшие миры получают жизнь от него, потому что свет Эйн-Соф (Безграничного) облачается в этот свет. И именно это написано (Дварим, 11:12): “Глаза Г-спода Б-га твоего всегда на ней”. Потому что слово “глаза” обозначает излияние света Высшей мудрости. Именно поэтому мудрецы Израиля называются “очами общины”, и так следует понимать слова Талмуда “воздух Страны Израиля дарует мудрость”».




Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Иудаизм сегодня

Молчание – золото

News image

Прежде чем ответить на этот вопрос, необходимо пояснить, что под злословием в Устной Торе понимаются не просто распространение недостоверных или ло...

Авторизация



Великие иудеи

БЕННИ ГУДМЕН

News image

Известный в народе как «король свинга» (а среди музыкантов его эпохи по инициалам «БГ»), Бенни Гудмен был больше чем просто ве...

БЕНДЖАМИН ДИЗРАЭЛИ

News image

Подобно богатому банкиру Сидонии из его романов «Конингсби» и «Танкред» Бенджамин Дизраэли, граф Биконсфилд, первый еврей — премьер-министр Англии, был си...

БАРУХ ДЕ СПИНОЗА

News image

Во времена Рембрандта жил в Амстердаме скромный и вежливый юноша, изучавший талмудистский закон и Священное Писание. В возрасте же двадцати че...

Справочник иудаизма

ШАВУОТ (ПЯТИДЕСЯТНИЦА)

Книга Исход особенно подчеркивает земледельческий характер трех праздников — регалим *: Песах*, Шавуот* и Суккот*. Праздник Песах Тора* называет пр...

ШМОНЭ-ЭСРЕЙ

- см. Восемнадцать бл...

РЕЛИГИОЗНЫЙ ГИМН (Пиют)

Молитвенная песнь, благодарение или славословие, мольба или раскрытие души душе-излияние в поэтической форме. Слова пиют и п...